Пять состояний

Пять состояний— Наш ум может находиться в пяти состояниях. Для работы с интуицией подходят лишь два. Но давай по порядку. — старик пододвинулся ближе к столу и вытянул указательный палец, начиная отсчет. — Первое состояние: пассивное и медлительное. Человек в нем слаб и ищет возможность отдохнуть. В этом режиме лучше не пытаться делать что-либо, а просто лечь и поспать. В нем можно разве что заниматься чем-то простым, не требующем особой координации или творческой искры. — старик разогнул следующий палец. — Второе состояние — переходное, из пассивности к середине. Момент когда ум только начинает проясняться и входить в режим чистоты и повышенной ясности. У большинства такие моменты пролетают крайне быстро из-за переедания и в целом нездорового образа жизни. И человек не успевает и глазом моргнуть как ритм работы ума изменился. Во втором состоянии человек еще не достаточно готов к использованию интуиции или изменению мира. Но в эти мгновения возникает ценный шанс — подтолкнуть сознание к переходу в третье состояние. Для этого нужно при возникновении хоть какой-то активности или энергичности, поймать и усилить переход. Сознание становится нестабильным и приложив волевое усилие, можно закрепиться в «состоянии центра». — учитель сделал большой глоток из своей чашки, наполненной ароматным зеленым чаем.

Я тоже не отказался от чая, так как только что пришел с улицы, где свирепствовал мороз ниже минус тридцати. К тому же на протяжении моего пути к старику дул сильнейший, ледяной ветер. Вспомнив про свой напиток, я тоже прилично отпил и приготовился слушать.

— Третье состояние самое полезное для нас. Режим центра. Он позволяет войти в ритм мира и влиять на его течение. В этом состояние можно воздействовать на реальность в «слабых точках» максимально эффективным способом. Также это время идеально для использования интуиции. Состояние центра можно достичь многими путями, но сегодня мы рассмотрим самый быстрый. — старик посмотрел на меня оценивающим взглядом, видимо определяя уровень моей внимательности.

— Но прежде чем мы займемся этой темой, я закончу рассказ о состояниях ума. Четвертое состояние тоже промежуточное, между серединой и активностью. В нем человек также может с успехом использовать интуицию. К тому же, созданный в эти минуты объем воли, будет максимально сильным и стабильным. Но изменение мира будет менее действенным из-за потери синхронизации. — старик, закончив фразу, сделал непродолжительную паузу и отпил чай.

Я, честно говоря, понимал далеко не все и старался получше запомнить сказанное стариком.

— Да, совсем забыл, в четвертом состоянии значительно улучшается видение «второй реальности». В секунды когда твой ум из режима чистоты и ясности входит в активную фазу возникает зазор между мирами. Потому что как первая, так и вторая реальности — это лишь отражения действительности в уме. Когда изменяется состояние ума, изменяется и твоя реальность. Каждое состояние по-разному влияет на мир человека. В пассивной фазе он может пребывать в подавленном настроении, видеть все в черном свете, жаловаться, бояться и так далее. Во втором состоянии у него появляется просвет и если он заметит его и прекратит в этом момент внутреннюю речь, то сможет обрести центр. В третьей фазе мир прекрасен и наполнен радостью и спокойствием. В это время человек считает себя счастливым. — старик опять взял небольшую паузу, чтобы отхлебнуть из кружки. — Режимы сменяются в разном темпе, подчиняясь ритмам природы и собственному распорядку человека. Иногда смена происходит быстро — через минуты или даже секунды, а бывает что какая-то фаза преобладает в течение недели или месяца. Точно отследить и предсказать изменения невероятно сложно, поэтому остается единственная возможность — постоянно наблюдать за состоянием сознания.

Я все лучше понимал о чем речь. Вспоминая даже последние дни, я мог отчетливо выделить несколько различных режимов работы сознания. Иногда мне хотелось спать, я был тихим и вялым. Иногда наоборот — на меня находило стремление к действиям или просто к физической активности. Зачастую ум работал слишком настойчиво, порождаю уйму мыслей. Но в другие дни без каких-либо усилий сохранялась внутренняя тишина. Внешне не было никаких причин для подобных различий. Погодные условия, питание и количество сна практически не изменялись. Я еще раз прокрутил в уме все сказанное учителем, чтобы точно ничего не упустить.

Старик скорее всего заметил мои умственные потуги и засмеялся.

— Не старайся так уж сильно все запомнить. — проговорил он с улыбкой. — Ты на своем опыте еще не раз пронаблюдаешь эти изменения. Да и вообще, мы с тобой говорим не ради того, чтобы ты вызубрил все слово в слово, а потом достав из глубин памяти, использовал эти знания, четко следуя рекомендациям. Я все это рассказываю только для развития у тебя особого вида осознания. А осознание — это всегда изменение. Здесь, — старик поднял руку, видимо указывая на текущую обстановку. — Я воздействую на «слабые точки мира» для трансформации твоего ума. — учитель допил чай и по-обыкновению переставил чашку подальше, чтоб не мозолила глаза. — Произнесенные слова не важны, как не особо важны и различные правила, упражнения и принципы внутренней работы, о которых мы с тобой толкуем. Важен только момент общения и возникновение частиц понимания в твоей голове. Или не в голове.

В улыбке учителя промелькнула какая-то таинственность.

— То есть я не должен стараться запоминать все наиболее точно? — спросил я и стал молча ждать ответа.

Старик посмотрел на меня, затем отвел взгляд в окно, словно подыскивал нужные слова.

— То, что действительно надо запомнить это упражнение на ближайшее время. Все остальное должно прийти к тебе заново, изнутри. Только тогда ты по-настоящему поймешь мои слова и тебе уже не нужно будет ничего запоминать. Знания станут частью тебя. — старик резко поднял руку вверх и проговорил:
— Ладно, мы немного ушли от темы. В четвертом состоянии человек также может считать, что счастлив, но, как правило, в эти минуты он более активен, чем в третьем. Пятое же состояние — это режим максимального расхода энергии. Фаза наивысшей активности. В это время использовать интуицию почти невозможно, потому что постоянные мысли будут значительно искажать мир. Изменение реальности в этой фазе также не приведет к желаемым последствиям. Вообще в пятом состоянии человек излишне суетлив и не собран. Он гонится за различными целями и меняет их, даже не успев достичь хотя бы одной. Режим активности опасен тем, что можно растратить слишком много сил и перелететь в фазу пассивности, минуя все остальные. Конечно, промежуточные состояния не испарятся, но заметить их будет слишком сложно. — старик замолчал и дал мне время переработать новые сведения.

— Самое главное: не бороться с возникшим ритмом ума в неподходящее время. Лучшие моменты для волевого импульса — это промежуточные состояния. Из них можно попасть в центральную фазу — состояние чистоты и ясности, момент наивысшей согласованности с миром. В режиме центра совершаются так называемые чудеса. Человек в этом состоянии может, создав даже слабое волевое усилие, добиться невиданных результатов. — старик закончил речь, внезапно поднялся и вышел из кабинета.

Я же решил усилить бдительность и направил несколько независимых точек внимания на различные участки тела. Перемещая и соединяя точки, я добивался необычных, непередаваемых словами, ощущений. Но старик вернулся почти сразу и продолжил беседу:
— А сейчас поговорим непосредственно про интуицию. — учитель откинулся на спинку стула, затем открыл ящик стола и достал два маленьких игральных кубика. — Как думаешь, какие цифры выпадут?

— Не знаю. Ну пусть будет шесть и три. — сказал я, немного промедлив из-за неожиданности.

Старик встал, подошел поближе ко мне, немного потряс кубиками и бросил на поверхность стола. Выпало шесть и три. Я недоверчиво, подняв глаза вверх, посмотрел на учителя, считая это простым совпадением. Он, видимо угадав мое настроение, предложил повторить опыт. Я сказал первые цифры пришедшие мне в голову: две пятерки. При произнесении цифр я почувствовал некую уверенность, но через мгновение сомнения проникли в мой ум. Учитель во второй раз бросил кости — выпали две пятерки.

Я, не скрывая удивления, проговорил возбужденным голосом:
— Но я же ничего не делал. Как это получилось?

— В этом вся соль. Ничего делать не надо, наоборот — нужно правильно не делать. — проговорил старик, слегка усмехнувшись. — Интуиция — это лишь единство с течением мира. В первый твой визит, ты как раз и хотел овладеть этим. Режим усиленного внимания, бдительность ко всему происходящему внутри и вне тебя и есть нужное состояние. Вся идея в том, чтобы войти в режим центра и вовремя осознать, что он наступил. Его можно определить по ощущению полной уверенности в своих действиях. И тогда то интуиция и проявляет себя во всей красе. Вся работа, которую ты проделал за эти годы, была направлена на продление срединного состояния. — старик закончил говорить и вернулся на свое место во главе стола.

— Но а как же тренировка интуиции? Неужели ничего нельзя сделать, чтобы усилить ее? — спросил я быстрым голосом.

— Можно конечно. Но развитие интуиции — это только побочный эффект от практик, а не сама цель. Ладно, сделаешь одно интересное упражнение, если уж так хочешь. Но сразу говорю оно не совсем обычное, даже для тебя. Выполнять его можно не чаще одного раза в месяц. — старик хитро прищурился и сразу же продолжил: — Первое, что нужно: не есть два дня. Вообще ничего. Разрешается только пить воду. В первый день к тому же нужно с утра до вечера нагружать себя физически. Придумай что угодно: можешь помыть пол раз десять или по-отжиматься. Но если почувствуешь головокружение, сядь отдохни. Оба дня все внимание направь на внутреннюю речь, она должна сильно уменьшиться. Ничего не читай, не смотри телевизор, вообще не пользуйся никакими приборами, ни с кем не разговаривай.

В этот момент я подумал, что придется придумать нечто необыкновенное для близких, чтобы провести целых два дня подобным образом.

— Все, что можно: ходить, сидеть, лежать, делать простые движения, ну и конечно посещать туалет при необходимости. — проговорив это, учитель слегка посмеялся. — То есть исключить любую умственную деятельность. — сказал он и посмотрел в окно.

Медленно падал снег, озаряемый светом ночного фонаря. Дерево рядом с окном было укутано в бело-серые цвета и покачивалось от порывов ветра, теряя при этом значительную часть своего снежного наряда.

— Последние дни идет снег. Поэтому лучшее, что ты сможешь сделать: сесть перед окном и целый день наблюдать за падающими снежинками. Ну и самое главное: все это время ты должен находиться в состоянии повышенного внимания. Осознавать по-возможности все свои действия и движения. Осознавать позу, которую занимаешь. И тщательно ловить любые возникающие мысли.

— Но как мне добиться, чтобы меня никто не беспокоил? — спросил я, уже отчаявшись придумать способ выполнить задание.

— Просто скажи правду. Скажи, что выполняешь очень сложную медитацию и тебе необходима полная тишина.

Впоследствии выяснилось, что сказать правду было правильным решением и два дня меня никто не отвлекал и не пытался завести беседу. К тому же мне помогло то, что эти дни пришлись на выходные.

— А что делать, если снега не будет? — озадаченно спросил я.

— Ты как всегда цепляешься к деталям. — сказал старик твердым голосом. — Если не будет снега — смотри в окно и осознавай, что снег не идет. — закончив фразу учитель зашелся в смехе, а я так и не понял: шутка это была или нет.

* * *

Первый день дался мне тяжело. Постоянно хотелось есть. Но даже небольшие физические нагрузки помогали отодвинуть голод на задний план и я справился с заданием, не съев ни грамма пищи. С самого утра я ходил намного медленнее чем обычно, стараясь одновременно ощущать как можно больше частей тела. Движения я также решил замедлить. Ритм моей жизни кардинально изменился. Время будто замедлилось и часы длились бесконечно. Но скуки я не испытывал, напротив, ощутил, словно оказался в другом мире. Я впервые за многие месяцы по-настоящему почувствовал атмосферу зимы и насладился видом падающего снега. Несколько раз я отжимался до полного изнеможения и выполнял упражнения на пресс. Затем просто стоял на руках, прислонившись к стене ногами, потому что отжиматься уже не было сил. На второй день внимание углубилось, я одновременно наблюдал за движениями, осознавал свою позу, отслеживал мысли и приятные эмоции, обращал часть внимания на дыхание.

Под вечер второго дня я по велению старика должен был проверить интуицию с помощью колоды карт. Мне нужно было угадывать масти и в конце подсчитать количество правильно названных. Я положил колоду перед собой, предварительно перемешав ее несколько раз. Направил внимание на внутренний голос и он замолк. Сформировав простой волевой приказ: узнать масть верхней карты, я начал эксперимент. Первые пять карт я не угадал и через какое-то время поймал зарождающееся сомнение в своих способностях. Внимание мгновенно растворило его и я продолжил тренировку. Следующие четыре масти я угадал. Подряд четыре пики. Логика отчаянно пыталась вклиниться в процесс, но внимательное наблюдение пресекало любые попытки отвлеченной мыслительной деятельности.

Карты стали немного светиться внутренней тусклой подсветкой. Их силуэты расплывались и мерцали. Еще пять мастей угаданы без единой ошибки. Сердце стало биться быстрее. Появилось волнение, а возбуждение росло с каждой секундой. На моих глазах теория вероятности терпела крах. Видимо из-за эмоциональной нестабильности я ошибся в следующей карте. Назвал крести вместо очередной пики. Я заметил, что боюсь ошибиться. Боюсь испортить удивительный для меня результат. Отследив это чувство, я вернул себе спокойствие и продолжил. Еще шесть угаданных подряд карт.

Вскоре на себя обратило внимание нарастающее давление на виски. Сильнейшее утомление возникло во мне. Я удерживал состояние центра непрерывно около тридцати минут. Голова раскалывалась, а глаза слезились и слипались от усталости. Иногда на карту я тратил минуты две, а иногда называл мгновенно. Но всегда ожидал хотя бы слабого ощущения уверенности и некоего внутреннего движения. Чувства, словно тебя что-то тянет. Только в этот момент формировалась мысль с названием масти.

Закончив эксперимент на тридцати девяти угаданных картах из пятидесяти двух, я осознал, что стал свидетелем еще одного чуда. Моя картина мира распадалась на мелкие осколки, затем формируясь в нечто новое, текучее и изменчивое. Мир не был таким обыкновенным, как преподносилось обществом. Волшебство скрывалось за каждым углом, нужно было лишь позволить своим глазам его увидеть. Убежденность в обычности мира — основная причина скуки и неудовлетворенности. Нас с детства пытаются убедить, что здесь нет ничего кроме работы и погони за желаниями. Но человек может сам выбирать свою реальность или другие выберут за него.

Евгений Трубицин
Отрывок из книги «Деформация отражений».
de-trening.ru

Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.

Комментарии:

Оставить комментарий
Приветствую всех пользователей и Добро Пожаловать на сайт!