Единый мир

Единый мир— В начале тебе нужно будет пройти небольшой тест.

Напротив меня сидел мужчина лет пятидесяти, с виду русский. Внешность ничем не примечательная. Белая выглаженная рубашка, синие, без каких-либо потертостей, джинсы. Телосложение среднее. Чисто выбритое лицо, никак не выдающее преобладавших в течение жизни, эмоций. Голос довольно громкий, уверенный и в тоже время звучащий с радушием.

Я, ничего не сказав, просто кивнул головой. Мужчина соединил ладони и поднял их на уровень гортани. Затем развел руки, подождал секунд пять-шесть и быстро хлопнул в ладоши. Сразу же после хлопка он спокойно опустил руки, удерживая ладони вместе и сказал:
— Объясни.

Установилась напряженная, давящая тишина. После демонстрации теста, я заметил нарастающую тревогу. Не став разбираться в причинах волнения, я направил на него внимание, усиленное сконцентрированной волей и избавился от возникших эмоций. Стоило мне успокоиться, как в голове мгновенно возник ответ на загадку заданную незнакомцем. И я быстрым, но спокойным тоном принялся отвечать:

— В начале было единство. Затем, из одного намерения возникли две силы: активная и пассивная, положительная и отрицательная. Они постоянно стремятся друг к другу, чтобы соединиться вновь и в тоже время ведут борьбу. В момент когда они взаимодействуют и находятся в равновесии, возникает тройственный союз. Из которого возникает результат — хлопок.

Мужчина некоторое время не проявлял никакой реакции на мою речь, а только пристально наблюдал. Его глаза немного сузились и он напомнил мне шпиона, определяющего врет человек или говорит правду. Ничего не происходило около минуты, которая показалась мне слишком долгой. Затем, не проронив ни слова, мужчина встал с табуретки и покинул комнату.

Примерно за десять минут до этого я открыл глаза. Передо мной предстала картина из многочисленных узоров. Я смотрел на потолок, который был разукрашен как персидский ковер, цвета на нем были настолько разнообразны, что увлекшись созерцанием, я совсем забыл где нахожусь. Полностью очнувшись и поднявшись с пола, я понял, что разлегся в бревенчатой хижине, которую до этого осматривал во второй реальности. Первые секунды ложная личность истерично посылала разные мыслишки: 
«Как же плохо, что я вырубился перед новым учителем. Что он обо мне подумает? Как глупо я, наверное, сейчас выгляжу?» И другие нелепые слова, призванные чтобы переживать за свой имидж. Но во время этой внутренней болтовни, оставалось нечто не тронутое, присутствовала некая сила и молча наблюдала. Отрешенность — новое качество, возникшее во мне после освоения эмоционального контроля. Теперь я состоял из двух: явного и скрытого. Скрытый смотрел на мир как на иллюзию, на сон, в котором люди постоянно куда-то хаотично бегут в угоду своим желаниям. Он и обладал отрешенностью, его ничто не волновало. Он был не от этого мира. Другой — явный, мог выражать чувства, сопереживать, разговаривать, что-то делать. Но он воспринимался словно маска, нечто не настоящее, напускное. Хотя, бесспорно, он также был необходим. Раньше скрытый появлялся только в виде кратких проблесков, озаряя все спокойствием и чистотой. Сейчас наоборот — явный стал редким гостем. Притом во время его визитов, он беспрекословно подчинялся велению скрытого, который был гораздо эффективнее и свободнее в выборе средств, потому что не был привязан к вещам и событиям мира.

Я осмотрелся. Комната была обставлена крайне бедно. Ковер на полу и две белые табуретки. Я присел на одну из них. Справа единственная дверь: старая, деревянная. Ни телевизора, ни стола;, ни какого-нибудь комода или шкафа. Почти абсолютная пустота сопровождаемая тишиной мысли.

Не вставая с табуретки, я просидел довольно долго. Спустя некоторое время дверь со скрипом открылась и в проеме показался мужчина, в дальнейшем устроивший мне проверку. После ответа на вопрос о хлопке и ухода незнакомца, прошло минут десять, затем дверь снова открылась.

— Пойдем, учитель ждет. — проговорил он тихо и развернувшись вышел из дома.

Я вскочил и хотел последовать за ним, но привстав, понял, что мои ноги сильно затекли. Быстро растерев их сверху вниз, я чуть ли не бегом двинулся к выходу. Зря торопился, незнакомец ожидал меня рядом с хижиной. Мы молча шли среди хвойного леса, погруженного в тени. С каждым пройденным шагом мое состояние изменялось, я заметил, что восприятие резко усилилось. Вскоре мы подошли к небольшой полянке, на которой стояла, резко выделяясь на фоне природы, белая табуретка, такая же как и в хижине. На ней примостился незнакомый мне старичок. Он был явно невысокого роста. Черный спортивный костюм, в который он был одет смотрелся на нем странно и неподходяще. В дополнение ко всему на его ногах буквально сверкали белизной новенькие кроссовки. Лицо его украшала борода, доходящая до уровня ключицы. Голова же полностью лысая, без единого волоска. На вид ему можно было дать лет восемьдесят, если не больше. Когда мы подошли поближе, он быстро поднялся с табуретки и знаком пригласил меня присесть на его место, что я и сделал. Сам же старичок, сделав пару уверенных шагов, которые никак не вязались с его дряхлой внешностью, отошел и встал напротив меня. Характер его движений очень отличался от медленных, неуклюжих движений пожилых.

— Здравствуй. Старик мне много о тебе рассказывал. Он считает, что у тебя есть потенциал. — сказав это, дедушка окинул меня взглядом и недолго помолчал. — Что ты можешь рассказать о себе? Кто ты? — вежливо спросил старичок низким и бодрым голосом.

Вопрос загнал меня в тупик. Раньше я легко бы сказал: кто я. Но теперь внутри было столько всего неподдающегося словесному описанию, что я растерялся. Мысли не шли в голову и я несколько минут находился в напряженном молчании. Старичок все это время ждал, иногда осматривая лес.

— Не знаю. — прозвучал мой голос, будто вдалеке.

— Это единственный правильный ответ. — улыбаясь сказал дедушка и в его глазах я различил радость. — Старик не ошибался насчет тебя. Можешь звать меня Амир. С сегодняшнего дня мы со Стариком будем учить тебя вместе.

Вместе. Это слово настолько обрадовало меня, что упустив эмоциональный контроль, я расплылся в идиотской улыбке, от которой не в силах был избавиться. Амир посмотрел на меня и тихо, добро посмеялся. Видимо он легко понял причину моей внезапной радости.

— Люди, которые поставили себе цель достичь непрерывности и чистоты сознания, — вдруг заговорил дедушка. — относятся к практикам по-разному. Кто-то уходит в мистицизм, считает все происходящее важным духовным опытом. Всерьез относится к своим переживаниям и различным состояниям, которые возникают вследствие внутренней работы. Другие наоборот — воспринимают все как обычные упражнения, не находя в этом ничего удивительного или необычного. Обучая как первых, так и вторых лучше следовать середине. В начале давая человеку то, что он хочет получить. Ожидающему чудес и магии демонстрировать фокусы и напускать туман таинственности, а стремящемуся к «сухим» практикам объяснять все «по-научному», используя термины психологии. Делается это для того, чтобы личность человека не сильно сопротивлялась и позволила ему начать работать в себе. — сказав это, Амир посмотрел мне в глаза, немного помолчал и продолжил. — Когда же доверие ученика завоевано, нужно раскрыть ему глаза и направить работу в русло, противоположное его желанию. Это необходимо для восстановления баланса. — старичок, закончив предложение, посмотрел на мужчину, который встретил меня в хижине.

Только сейчас я обратил внимание, что тот, кто спрашивал меня о хлопке, ходит вокруг поляны и что-то ставит на землю по ее периметру. Присмотревшись, я понял, что он расставляет свечи на металлических блюдцах. Когда он закончил, я насчитал восемь штук. Как только последняя была установлена, мужчина подошел к нам и поставил еще одну между мной и Амиром. Сразу после этого он начал их зажигать, начав с только что установленной. Через несколько минут работа была завершена и поляна странно преобразилась, наполнившись движущимися тенями от новых источников света. В этот момент я неожиданно осознал, что лес погрузился в сумрак. Так как по моим подсчетам было еще часов двенадцать дня, я удивился и непроизвольно взглянул на небо. Оно было скрыто за непроницаемой, черной тучей. Ни одного луча света не проникало сквозь эту преграду. Тем не менее я отчетливо ощущал присутствие солнца, которое не обнаруживая себя, продолжало греть. Оглядев поляну, я почувствовал, что словно попал на какой-то обряд. Мое восприятие, видимо из-за воздействий свечей, приобрело повышенную четкость и яркость. Взглянув на ближайшее дерево, я с удивлением обнаружил, что могу разглядеть даже мелкий рисунок коры. Учитывая, что в обычном состоянии мое зрение оставляло желать лучшего, подобные перемены всегда воспринимались как  соприкосновение с чудом. Внутри я наблюдал эмоциональный подъем от витающей вокруг, неведомой мне силы. Восторг, изумление и интерес, смешались с настороженностью. Бдительность значительно возросла и я стал осознавать каждое мельчайшее движение: свое и окружающих.

— Работая со Стариком, вы уделяли внимание в основном «сухим» практикам. Сейчас мы восполним этот пробел и поучимся использовать ритуал. Место где мы находимся не обычное. Я думаю ты и сам это заметил. — Амир бросил на меня короткий взгляд и заговорил дальше. — Здесь велика сила земли. Поэтому этот лес очень хорош для успокоения эмоций и обретения стабильного центра. В последние месяцы ты далеко продвинулся. Эта заслуга очень напряженной работы с эмоциональным контролем. И хотя сейчас и кажется, что ты непоколебим и всегда спокоен — это иллюзия, которую создает личность. На самом деле твое внутреннее состояние еще не устойчиво.

Услышав эти слова, нечто во мне стало противостоять сказанному, возникло чувство несогласия и несправедливости. Так я понял, что Амир абсолютно прав. Личность реагировала слишком остро, значит был задет какой-то очередной образ, созданный в процессе практик. Образ, невидимый без посторонней помощи. Старичок, наблюдая за моей реакцией, словно читал меня насквозь, понимая процессы происходящие во мне. Я видел это в его глазах. Амир говорил совсем не так как Старик. В каждом его слове сквозило уважение к собеседнику. Никаких едких замечаний, подшучиваний или усмешек. Также его речь была более чистой, говорил он почти с дикторской отчетливостью, сопровождаемой глубоким спокойствием, струящимся из его темно-карих, почти черных глаз.

— Хорошо, что ты понимаешь, о чем я говорю. Значит личность еще не сильно укрепилась в новом амплуа. — с одобрением заметил дедушка. — Но вернемся к обсуждению ритуала. Необычная обстановка и различные «магические» действия используются специально. В основном, для создания особой атмосферы, которая позволяет мягко погружать человека в измененное состояние сознания. В наше время к ритуалам относятся слишком формально. К тому же из-за их открытости для большого числа людей, они выродились до ничего незначащих действий. Чтобы подобного не случалось, нужно прибегать к некоторым уловкам. Кстати, я говорю не только о чем-то подобном. — сказав это, Амир обвел рукой поляну. — Ритуал можно создать везде. Прием пищи, заваривание и распитие чая, уборка дома, помывка, рабочая деятельность — все это может стать ритуалом. Главное понимать отличие ритуального действия от простого осознания. Когда ты, например, наблюдаешь свои движения, ты относишься к этому без особого трепета, без эмоционального настроя. В результате практика приносит гораздо меньше пользы. Если же ты делаешь те же движения, но с настроем что выполняешь нечто священное и очень важное, твои действия наполняются эмоциональной силой. — проговорив эти слова, дедушка присел прямо на землю, устланную низенькой, остроконечной травой и с улыбкой сказал: 
— Присаживайся, пора начинать.

Я встал с табуретки и отставив ее подальше, убрал из своего поля зрения. Затем подошел поближе и сел напротив Амира. Между нами ярко горела высокая свеча, создавая ощущения невероятной реальности происходящего. Я не занимал какой-то определенной позы, а просто скрестил ноги, следуя примеру старичка.

— Сейчас тебе нужно будет выполнять практику, с которой ты еще не знаком. Ее поэтическое название «Течение реки». 

Амир поднял вверх указательный палец, как часто делал и Старик, что означало требование слушать внимательно и продолжил беседу. 

— Сконцентрируй все внимание на пламени свечи и удерживай его около минуты. Затем, начинай быстро переводить фокус внимания с одного предмета на другой. Переключайся на эмоции, мысли, ощущения, смотри на окружающее, обращайся к звукам леса. Идея в том, чтобы не дать сознанию сформировать понимание наблюдаемого. Когда ты переводишь внимание на какой-либо объект внешний или внутренний, не давай себе время и сразу направляйся к следующему. В итоге, должно сформироваться состояние неопределенности, незнания и пустоты, ощущаемое как непрерывное течение. Во время практики смотри только расфокусированным взглядом, не считая времени пока будешь рассматривать огонь. Лучше всего если ты через какое-то время полностью утратишь способность различать окружающее. Давай попробуем. — закончил Амир.

Ситуация была настолько необычна, что каждое движение, каждый звук или зрительное впечатление содержали в себе, казалось бы, невероятную глубину и притягательность. Любой внешний стимул манил, желая погрузить в себя. Я сосредоточил внимание на подрагивающем от ветра, пламени свечи. Зрение обострилось, но затем, когда я расфокусировал взгляд, все погрузилось в неразличимый мрак. Перед глазами заплясали разноцветные круги и пятна. Первое, что привлекло мое внимание было ощущение прохлады от земли. Я отдал себе отчет, что успел назвать впечатление и сразу же перебросил внимание на пятно света на периферии взгляда. Через примерно десять-пятнадцать переключений с объекта на объект, я достиг странного состояния. И словно завис в невесомости. Мое сознание настойчиво пыталось за что-либо ухватиться, но стоило вниманию только коснуться нового предмета, как я мгновенно направлял его на что-нибудь другое. Спустя некоторое время я ощутил стабильность в нестабильности. Я изменялся ежесекундно. Затем, внезапно, все слилось вместе и исчезло восприятие своей отдельности. Я стал миром, состоящим из различных переливающихся энергий. Не было границ, не было слов и чего-то определяемого. Все существовало во всем. Связи были вездесущи. Все соединено, взаимосвязано и влияет друг на друга. Мир предстал передо мной как единое озеро, волны которого, образуясь, достигают всех его частиц. Конечно, все описанное было лишь неудавшейся попыткой облечь воспринятое в слова. И я понимал, что невозможно передать и сотой доли пережитого. Слова были не в состоянии ничего описать или объяснить. Единый мир был слишком сложен и удивителен, чтобы хоть как-то отразить его в выражениях, понятных другому.


Евгений Трубицин.
Отрывок из книги "Обучение тишиной".
de-trening.ru

Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.

Комментарии:

Оставить комментарий
Приветствую всех пользователей и Добро Пожаловать на сайт!